phone icon+7 (495) 649-87-12
divider

Гражданско-правовая ответственность директоров: оправдаются ли ожидания?


30 июля 2013 года Пленумом ВАС РФ был принят один из ключевых документов прошедшего лета в сфере корпоративного права: Постановление №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящих в состав органов юридического лица» (далее – «Постановление»).

До настоящего времени институт гражданско-правовой ответственности директоров компаний в российском праве был крайне малоэффективным по ряду причин. Во-первых, неудовлетворительное законодательное регулирование правового статуса директоров: установлен лишь общий принцип, обязывающий действовать в интересах общества, добросовестно и разумно. Во-вторых, непосильное бремя доказывания, возлагаемое на истца, часто лишенного доступа к необходимой информации, приводило к частым отказам в удовлетворении требований. В-третьих, отсутствие единообразия в практике арбитражных судов при решении вопроса о распределении бремени доказывания и необходимости наличия условий привлечения к ответственности, а также их содержанию.

Смысл такого решения законодателя очевиден. Во-первых, презумпция добросовестности управляющих стимулирует высококвалифицированных специалистов занимать должности в органах управления хозяйственных обществ, им не нужно опасаться потенциально возможных судебных издержек в случае оспаривания их управленческих решений (с учетом того, что право на иск имеет широкий круг лиц). Во-вторых, обязанность истца представить доказательства своих требований – надежная защита от корпоративного шантажа, от необоснованных исков. По сути, законодательное закрепление указанной презумпции имеет целью защиту мажоритарного акционера от необоснованных претензий миноритариев, которые препятствуют нормальному функционированию общества. Остается вопрос: соблюдает ли законодатель баланс интересов участников корпоративных отношений?

С другой стороны, коммерческая деятельность немыслима без риска: в силу ее сопряженности с принятием множества решений, директорам постоянно приходится балансировать между риском и выгодой для компании. Есть ли какие-то объективные критерии оценки поведения директора, позволяющие отграничить нормальный предпринимательский риск от заведомо недобросовестных действий?

Президиум ВАС РФ в рассматриваемом документе предлагает разумный компромисс для решения обозначенных проблем. Следует отметить следующие ключевые моменты:

1.      Презумпция добросовестности директора сохраняется.

При этом вводится целый ряд контрпрезумпций (например, заключение сделки в условиях конфликта интересов). Доказанность факта наличия таких нарушений налагает на директора обязанность дачи соответствующих пояснений. В случае отказа или неполноты таких пояснений суд может перенести бремя доказывания своей добросовестности на директора.

Такой подход представляется весьма удачным: задача истца во многих случаях облегчается, но при этом остается высокая доля усмотрения суда при решении вопроса о признании действий директора недобросовестными. Также интересно указание на то, что не только представленные истцом доказательства, но и отказ директора от дачи пояснений может быть признаком недобросовестности.

2.      Основание освобождения от ответственности – действия в рамках разумного делового риска (что также предусмотрено в статье  Проекта поправок к ГК РФ).

Наличие убытков само по себе не свидетельствует о нарушении директором своих обязанностей, а суд не должен проверять экономическую целесообразность его решений, говорит Пленум ВАС, подтверждая, таким образом, позицию Конституционного суда РФ, сформированную в 2004 году (Постановление КС РФ от 24.02.2004 года № 3-П).

Данные положения можно растолковать следующим образом: указанная выше презумпция, включает в себя и презумпцию разумности действий директора, и означает принятие деловых решений на основе полной информированности и с уверенностью, что решение принимается в наилучших интересах корпорации. Директор несет ответственность в случае, если доказано обратное, т.е. истцом представлены доказательства фактов неразумности, указанные в п. 3 Постановления. В ином случае, суды не имеют полномочий для оценки экономической целесообразности бизнес-решений, так как не подготовлены для этого, а значит, такая оценка не может быть объективной.

По сути, действия в рамках разумного делового риска – это смягчение обязанности директора действовать разумно, ослабленное для условий российской действительности «правило делового суждения», сотворенное доктриной общего права США.

3.      Разграничение недобросовестных и неразумных действий директора.

В окончательной версии Постановления (в отличие от его проекта) контрпрезумции добросовестности и разумности разделены, и это заслуживает одобрения.

Значение приведенного деления видится в разнице подхода суда к оценке действий, подпадающих под ту или другую категорию. Так, например, доказанность факта заключения сделки директором без необходимого одобрения автоматически означает доказанность факта нарушения обязанности добросовестности; в случае же доказанности факта заключения сделки директором без учета недавней заметки в СМИ по поводу финансового состояния контрагента, суды будут оценивать насколько принятие во внимание этой информации входило или должно было входить, учитывая обычные условия оборота, в его круг обязанностей, в т.ч. с учетом масштабов деятельности компании, характера соответствующего действия и т.п. То есть, возможно, например, что по результатам такой оценки суд сделает вывод о совершении действий директором в пределах разумного делового риска.

4.      Вина и противоправность – единый элемент состава правонарушения.

В рассматриваемом документе суд встает на позицию, отстаиваемую многими юристами: при определении противоправности через оценочные категории, содержание которых составляют действия обязанного лица, невозможно провести границу между противоправностью и виной в гражданско-правовом (объективном) понимании (п. 1 ст. 401 ГК РФ). Это означает, что перед судом стоит задача установить соответствие или несоответствие действий директора принципам добросовестности и разумности в каждом конкретном случае. Это, в свою очередь, и будет доказывать виновность либо невиновность лица. Именно поэтому, во избежание дальнейшей путаницы, в рассматриваемом Постановлении нет упоминания о вине, хотя это обязательное условие привлечения к ответственности согласно п. 1 ст. 44 Закона об ООО и п. 1 ст. 71 Закона об АО.

5.      Обязанность истца доказать наличие у общества убытков сохраняется.

Но если согласно прежней практике, суды обязывали истца доказывать наличие и размер убытков, отказывая в удовлетворении требований в случае невыполнения это обязанности, то Пленум ВАС указывает на невозможность полного отказа в возмещении убытков только на том основании, что их размер невозможно установить с разумной степенью достоверности.

6.      Факт одобрения решения директора коллегиальными органами общества не является основанием для освобождения директора от ответственности.

Пленум ВАС пояснил, что члены органов управления несут самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.

К этому следовало бы еще добавить, что действия, повлекшие убытки, должны быть совершены членами органов управления в пределах их компетенции. Принятие юридически необязательной и неправомерной рекомендации советом директоров, на основе которой общее собрание приняло решение, повлекшее убытки, не может быть основанием для привлечения к ответственности членов совета директоров (принятие данного решения не входило в круг их полномочий). Аналогично можно сказать и о недопустимости взыскания убытков с генерального директора, если он заключил невыгодную сделку во исполнение решения коллегиального органа в случае, когда согласно закону или уставу указанная сделка может быть совершена только по решению данного органа (разумеется, в случае отсутствия аффилированности). На основе же толкования пункта 7 Постановления можно сделать вывод, что директор отвечает всегда, правда, в данном случае солидарно с членами совета директоров. По сути, директору ничего не останется в такой ситуации, как выбирать между угрозой увольнения и потенциальным привлечением к ответственности.

7.      Участник общества имеет право на предъявление иска в интересах юридического лица, даже если он не являлся участником этого общества на момент несоблюдения своих обязанностей директором или на момент причинения убытков.

Очень важное положение Постановления, направленное на упорядочение судебной практики. Об оправданности этого правила говорит тот факт, что косвенные иски не нарушают стабильность оборота, а подаются в защиту прав юридического лица. Поэтому ущемление нового участника общества в праве на судебную защиту не имеет под собой оснований. Момент начала течения срока исковой давности по таким требованиям: день, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника.

В случае подачи иска самим юридическим лицом, для целей правильного исчисления срока исковой давности уточняется момент, с которого можно считать, что общество получило реальную возможность узнать о нарушении – это появление такой возможности для нового директора или контролирующего участника, имеющего полномочия снятия директора с должности (в случае отсутствия аффилированности).

В дополнение к вышесказанному стоит заметить, что Пленум ВАС обходит стороной вопрос ответственности директора за обращение в свою пользу коммерческих возможностей общества, несмотря на то, что правовое регулирование данного вопроса было бы полезно для повышения добросовестности ведения бизнеса.

Подводя итог, можно констатировать, что 30 июля принят документ, на который возлагаются большие надежды: ожидается поворот судебной практики в сторону привлечения к ответственности директоров за причиненные убытки (вместо признания сделок недействительными, что нарушает стабильность оборота), восстановление баланса интересов участников корпоративных отношений и повышение роли D&O страхованию. Но нельзя забывать, что это только первый шаг на пути стимулирования к честному ведению коммерческой деятельности в нашей стране. Привлечь к ответственности – половина дела, не менее важно суметь взыскать убытки с недобросовестного директора.

 

Ирина Чумовицкая

Юрист

ООО «Юридическая фирма «Надмитов, Иванов и Партнеры»


separator